Юбилейное шоу
Главное событие в светской жизни страны — открытие Московского кинофестиваля. Изюминками церемонии стали голливудские звезды Шарлиз Терон и Уилл Смит. А чем форум намерен удивить мир? Не грозит ли ему кризис среднего возраста? Корреспондент НТВ Владимир Чернышёв искал ответы и листал страницы истории.
Новый блокбастер лета «Хэнкок» Москва увидела задолго до остального мира. И сам Уилл Смит ей за это благодарен. Когда такой голливудский бюджет первым делом везут в Москву, значит уверены в этом рынке сбыта.
Как совместить деньги с искусством — вот задача для фестиваля. Уже давно наступило время, когда кино — это лишь повод для хороших продаж попкорна. Москва забыла, как стояла в очередях за билетом на сеанс в семь утра, чтобы увидеть, чем живет мир за пограничным пунктом, как он там вообще выглядит.
Даниил Дондурей, главный редактор журнала «Искусство кино»: «Люди на две недели словно получали шенгенскую визу. Но теперь не надо вставать в пять утра, чтобы увидеть, как на Западе соблазняют, танцуют, одеваются».
Это было время, когда кино было больше, чем кино, а Москва была его столицей. Спустя несколько дней на фильме «Восемь с половиной» (8 1/2) уснет генсек Хрущёв. Он так и не узнает, что этим фильмом Феллини изменил мировой кинематограф, а Московский фестиваль обретет главную легенду. После чего власти похоронят его престиж на долгие годы.
Социалистическая Москва на несколько дней становилась центром сладкой капиталистической жизни. Вспоминается знаменитый светский конфуз, когда Элизабет Тейлор и Джина Лоллобриджида пришли на прием в Георгиевский зал Кремля в одинаковых платьях от Диора.
В то время и фестиваль был окном в мир, и мир смотрел в кино как в окно. С тех пор окон появилось больше: монитор компьютера, экран телевизора. Он переносит нас в те дни, когда даже призы фильмам давали в Кремле.
Вручили приз и фильму Феллини в 1962 году. Словно в пику герою Мастрояни на сцене перед Феллини первые космонавты Гагарин и Титов. Говорят, Хрущев, проснувшись на финальных титрах, сказал: «Подумаешь, Мастрояни летает! У нас вот космонавты летают».
Председателя жюри Григория Чухрая чуть не исключили из партии, потому что он дал приз Феллини, а должен был поощрить фильм о строительстве газопровода в непроходимых советских болотах.
Павел Чухрай, режиссер: «Конкурентом был фильм „Знакомьтесь, Балуев“, который на Мосфильме в шутку называли „Знакомьтесь, балуйтесь“».
Золотого Георгия Московского фестиваля нового времени Григорию Чухраю вручили уже посмертно. Сын Павел хранит приз дома. Заслуги Григория Чухрая перед кино велики, но Московский фестиваль навсегда у него в долгу. Западные звезды из жюри готовы были объявлять Москве бойкот, если вместо Феллини лауреатом станет газовик Балуев. А ЦК готов был объявить бойкот Чухраю. Он рисковал партбилетом, но спас репутацию фестиваля.
С тех пор на фестивале вручали три приза: советской картине, прогрессивной западной и совсем прогрессивной из соцлагеря. Но, открывая экраны в дни фестивалей, советская власть даже не подозревала, с какими еще диверсиями ей предстоит столкнуться.
Андрей Плахов, кинокритик, президент Международной федерации кинопрессы: «Никита Хрущев пришел на просмотр фильма „В субботу вечером, в воскресенье утром“ английского режиссера. Генсек был очень зол, ушел в гневе, потому что там было показано, как после трудовой недели рабочие в Англии занимаются сексом. Это считалось непозволительным».
Изменилось время, изменился зритель, режиссеры изменились.
Валерия Гай Германика, режиссер, призер 61-ого Каннского фестиваля: «На мой взгляд, это круто, что кино не имеет общественной значимости, потому что искусство должно развлекать людей, искусством надо наслаждаться. В кино надо ходить, чтобы развлекаться, а не париться. Я не верю в спасительную силу искусства и в то, что оно может быть там властителем дум и в прочую, короче, тему».
Сергей Сельянов, продюсер: «К кино просто перестали действительно относиться как к чему-то, в чем можно найти ответы на вопросы бытия, собственного существования».
Президента фестиваля Никиту Михалкова во время интервью заглушают аплодисменты в зале. Там идет российская программа.
Никита Михалков, президент 30-го Московского международного кинофестиваля: «То, что на нашу программу собирается людей не меньше, чем на блокбастеры и на другие иностранные картины, — это показатель того, что зрителю интересно смотреть и узнавать, что происходит в нашем кино. Что из этого следует? Из этого следует, что зритель хочет его смотреть, он будет платить за него деньги.
Если деньги будет платить зритель за кино, то индустрия будет жить. А деньги будет платить зритель только в том случае, если ему будет интересно смотреть то, о чем с ним разговаривают. Уже удержаться на стрельбе, на криминале и на крови невозможно. Все-таки мы — читающая страна».
Понадобилось разрушить железный занавес, чтобы понять, что Россия свое кино любит больше. Раньше западные звезды ехали посмотреть на диковинную страну, а теперь в Россию готовы ехать большие голливудские деньги.
Даниил Дондурей, главный редактор журнала «Искусство кино»: «Американцам уже очень интересна Россия. Они открывают здесь все представительства. Они начинают через российские филиалы снимать здесь кино про русских. Они будут делать это по американским стандартам. Там обязательно будут счастливый финал, замечательные герои, российские парни».
Скоро российский прокат будет собирать миллиард долларов в год. Это молодежь принесет деньги прокатчикам и продавцам попкорна. На таком кино и Хрущев бы не уснул. Но вот не уснет ли современная молодежь на современных фестивальных фильмах?
Даниил Дондурей, главный редактор журнала «Искусство кино»: «В 14-миллионном мегаполисе образованных, киноподготовленных зрителей почти нет. И залы кинотеатра „Октябрь“ маленькие, но и даже там пустые места. Вот драма».
Сергей Сельянов, продюсер: «Немножко растворяется потребность в этом витамине под названием кино. Нужно делать мощные, пробивающие в эмоциональном, художественном и ином смысле картины, чтобы все-таки быть замеченным, произвести какое-то впечатление».
Когда в кино есть знаменитости, но нет великих, а фестивалей в мире больше, чем хороших фильмов, в сочетании слов Московский международный кинофестиваль слово «московский» снова важнее слова «международный».
Раньше Москва была символом, а теперь становится брендом. Здесь можно хорошо продать хорошее кино. Уже это неплохое начало для того, чтобы в сочетании слов «искусство кино» главным и для производителей, и для публики снова стало слово «искусство».